“Чёрный дым застилает свет с небес, ревность -это мой страшный крест..”, и неважно, что или кто при этом является объектом сего недуга -человек, камод или шконка у окна, главное -чувства..итак…
Орги по громкой связи, не слышимой миллионами телезрителей, велели Писе и Маю сменить дислокацию разборок, а то под дверью Дашко со шкафами волнуется.. Май и Пися послушно перебрались в кухню и блаженно растянулись на диванчике, который даже мухи облетают за километр.. “Уроды! Продолжайте свои разборки!” - заорал дежурный орг… Пися послушно скривила лицо, обнажила дёсны и затряслась от псевдорыданий.. Тертишный закатил глаза и заломал Писю “двойным нельсоном”… “А-а-а-а” -завопила картинно Пися.. “хр-бррр-пррр-отношения”.. “А-а-а-а”…. Тертишный ослабил захват и Пися ужом сползла на пол..
А на верхних этажах Дашко воевала за мебеля. “Сколько у вас комодов? Один? Значит у нас будет два!” - решила быкануть Наська.. Керя резво запрыгнула на свой комодик и заболтала ножками. “Грузите мне камод” -велела Дашко, но никто не двинулся с места.. А Керя только что язык бомжихе не показывала.. “Наська, вообще-то переезд -твоё личное дело, а на мебель роток не разевай!”… “Кароли-на-а-а-а” -прогундосила Дашко, выпучивая страшно глаза -”камоды общие..”…”Я дама богатая духовно, мне разговоры о материальном претят..”-высокопарно ответила Керя и поплотнее уселась на своём комодике.. Дашко с позором свалила из комнаты.. “Я со старухами не общаюсь” -лишь тяфкнула, выходя.. “Все там будете..” -философски ответила Керя..
А Пися и Тертишный продолжали своё индийское кино. Пися, размазывая по лицу слюнеслёзы, объяснялась Тертишному в любви.. Самое цензурное слово в объяснении было “сука”, всё остальное хрустело и пикало.. Тертишный тоже сказал одно цензурное слово -”Стёпа”.. “А-а-а-а” -опять завопила Пися -Стёпа подошёл ко мне, а я его спустя шесть часов послала, сказав, что лишь тебя люблю…” -это удалось вычленить из двухминутного хрустящего ответа..
Тут Супермена стали показывать, как он пришёл Наське жаловаться.. “Стёпа свою кровать Олегу уступил!”.. “Ты с ними разобрался?” -подбоченилась Дашко.. “Не-е-е..потом..” -мямлил Супермен.. “Ох, доля моя тяжкая..” -простонала дашко и порысила опять на разборки.. А Пися с Тертишным пили чай и продолжали свой истерический хруст.. опять самым цензурным словом было “сука”..
А на крылечке курили два педофила.. “Часто они так грызуться?” -миролюбиво спросил более старый педофил более молодого.. Антоху переклинило и он зачем-то стал агрессивно отвечать невпопад.. Олег лишь плечами пожал..
А красная и потная Дашко орала на Степана. “Куй вам, а не кровать!” -один раз ответил Степан и на все остальные визги Дашко лишь яростно щёлкал мышкой компьютера.. Дашко не сдавалась, решив увеличить децебелы конфликта, пошла жаловаться Торри..
А звуковику, отвечающему за беседу Писи и Мая, надоело нажимать кнопку “хруст и пипы” и он включил эти самые хрусты и пипы до конца эфира.. Пусть, если что цензурное скажут, орут погромче.. Пися ничего цензурного не сказала, а Тертишный прорвался обещанием “не дерьмить спецом”..
Торри пришла к Олегу и стала взывать к опыту и стариковской мудрости “Уступи шконку выселенцам”.. “Позже поговорим” -важно ответил Олег.. Никто Супермена с его будущей женой не уважает!