Стояла ранняя весна,
В стекло плевала непогода.
Я набирал цифирь пинкода,
В парадной стоя у окна.

Я жаждал справить эс-эм-эс,
А то и номер твой корявым
И желтоватым пальцем правой
Набрать. Пинкод на ум не лез.

То, вроде, вспомню череду -
Четыре цифры, бля, всего-то,
Но тут же остановит что-то,
Не наберу, в отказ уйду.

Ну, сука, как же точно там?
Мой год рожденья? День и месяц?
Поверьте, нереально бесит,
Когда такая хуета.

Зацепки точно быть должны.
Возможно, дата лепки мира?
А, может, высота Памира?
Размер - футболка, хуй, штаны?

Прошло часа, наверно, два.
Скурил полпачки от натуги,
Казалось дважды мои руки
И мозг не вспомнили едва

Пинкод… Казалось только. Нет.
Пиздец, пошло все это на хуй!
Я ебнул телефон с размаху
О кафель. В жопу. Всем привет.

И ты, которой жаждал бы
Звонить, прости, немного резко:
Из-за тебе вот эс-эм-эски,
Остался я, бля, без трубы.

От горя градусностью пыл
Зашкалил. Я, крича и плача,
Скакал. Споткнулся - незадача -
Об стену голову разбил.

Мой труп в парадной у окна
Нашли с рассветом-бля-восходом.
В стекло плевала непогода.
Стояла ранняя весна.

Весь пол в кровище. Пальцем вязь:
“Бля, ежедневно, еженощно
Общайтесь, люди, лучше очно,
А не с мобильными ебясь”.