Преподавателю журфака МГУ Балдицину, которому я так и не сдал экзамен по курсу древнегреческой литературы, посвящается.

«Ну, здравствуй, наяда. Какими судьбами?
Ты, вроде, из мифов, причем тут Москва?»
«Я в сауне, там, где тряся телесами,
Пузатых сатиров ласкает блядва.

И я среди них…» «Нет, не лги мне, наяда!
Вы дочери Зевса! Причем тут бордель?!»
«Повержены боги, а жить как-то надо…
Нам тоже нужны и жратва, и постель…

Олимп обессилен, не верят в нас люди,
Скитается по миру весь пантеон –
Мы все бесполезны, как хуй на верблюде,
Как штопанный меткой молвою гондон.

Аид возле морга в подвале бомжует,
Наемником в Африке где-то Арес,
Все нимфы как я по борделям блядуют,
На почте курьером батрачит Гермес.

Спивается в кузне Гефест постепенно,
И чистит на флоте гальюн Посейдон,
Афина в Багдаде стреляет военных,
В гей-клубах тусовки ведет Аполлон».

«Вот, блядь, неужели?! Как вас разметало!
А что Афродита, неужто как ты?!»
«Нет, замужем год… Как-то раз отсосала,
А он олигарх – дачи, шмотки, цветы…»

«Хуевые судьбы… Чего ты хохочешь?
Вы были богами, упали к нулю!»
«Филологам можно со скидкой. Не хочешь?»
«Нет. Знаешь, наяда, блядей не люблю…»